Представление о справедливости встроено в наше восприятие реальности и в наши экономические решения. Покупать ли товар, увольняться ли с работы, как распределять общественные блага – мы делаем выбор, руководствуясь ощущением справедливости.
26 июля 2019   |   Борис Грозовский

Ощущение несправедливости кажется чувством, присущим людям на уровне инстинкта. Мы смотрим на ценник в магазине или в кафе и понимаем, что одна цена справедлива, а другая – нет. Мы узнаем, сколько зарабатывает подруга, и можем, сопоставив необходимые для ее работы компетенции, трудовые затраты и оплату труда, сказать, справедлива она или нет. Понятие «справедливости» трудно формализовать, оно как бы «зашито» в наши суждения о социальной реальности. Но у экономистов есть инструменты, позволяющие его «распаковать».

Как найти справедливость

«Справедливость» и «несправедливость» – понятия несимметричные. Нередко мы затрудняемся концептуально определить «справедливость» и приходим в замешательство от вопроса, что именно справедливо в данном конкретном случае. Но зато мы точно знаем, что является несправедливым. Часто это ощущение настолько острое, яркое, очевидное, что ему невозможно сопротивляться. Так, нидерландский благотворительный фонд De Hartstichting, помогающий больным с сердечно-сосудистыми заболеваниями, был вынужден уволить своего гендиректора, как только выяснилось, что его зарплата превышает 170000 евро в год. Эта цифра не отвечала представлениям о справедливости жертвователей фонда и общественности.

Оценка справедливости всегда основана на сопоставлении. Если двое людей принимали равное участие в решении одной задачи, то большинство считает справедливым, чтобы они получили за это одинаковую плату. Сопоставление с окружающими лежит и в основе удовлетворенности жизнью: если у соседей заработок внезапно увеличивается, многие начинают чувствовать себя несчастными.

Справедливость потребительская

Относительное потребление заботит людей больше, чем абсолютное. Если покупатели в соседних магазинах (или сам потребитель в прошлом) приобрели товар по цене X, то «справедливо», думает рядовой покупатель, чтобы и сегодня я мог приобрести его по той же цене. Справедлива ли сегодняшняя цена – это потребитель будет оценивать, соотнося цену со своим прошлым опытом и с данными о покупках, совершенных другими, пишет психолог и экономист Даниэль Канеман. Исходный принцип в этой ситуации – подразумеваемое людьми право получить товар или услугу на условиях «не хуже, чем было».

Если два товара воспринимаются как идентичные, то большинство считает справедливым платить за них примерно одинаковую цену (а существенную разницу в ценах воспринимает как несправедливую). Покупатели и медиа чуть не подвергли остракизму Amazon, когда выяснилось, что онлайн-ритейлер назначал разным покупателям различные цены (возможно, основываясь на своих предположениях о том, насколько сильно они хотят приобрести данный товар). Amazon от этой практики быстро отказался: все сочли ее несправедливой.

Среднестатистический потребитель имеет слабое представление о структуре затрат фирм-продавцов. Увеличение цены под воздействием выросшего спроса не является для него легитимным. А повышение цены просто ради увеличения прибыли считают нечестным 80% потребителей в Германии, вроде бы давно привыкшей к капитализму. Сталкиваясь с «нечестным» поведением продавца, покупатели подчас стремятся его наказать – даже в ущерб себе.

Зато потребители согласны с ростом цены, если это вызвано не зависящими от продавца причинами, примиряются с ростом некоторых издержек и допускают сохранение продавцом цен в случае, если его издержки снизились. Но самое приемлемое обоснование разницы в ценах – это разное качество товара. Именно поэтому реклама так упирает на превосходное качество.

На ощущение несправедливости в отношениях продавца и покупателя влияет множество факторов. Например, их длительность: если цены повышает компания, чьи товары потребитель покупает давно, то шансов, что он сочтет это повышение оправданным, больше. Представление о «нечестности» цен может меняться со временем. Так произошло с динамическим ценообразованием на авиабилеты: сначала потребители воспринимали эту практику как нечестную, а потом привыкли.

Справедливость зарплатная

Людям привычно думать о несправедливости по отношению к самим себе: «со мной поступили несправедливо». Но возможна и ситуация, когда несправедливость ведет не к убытку, а к выгоде для оценивающего. В этом случае она воспринимается менее остро. Это доказано, например, следующим экспериментом. Исследователи предложили студентам гипотетическую ситуацию, в которой выпускник MBA принял предложение о работе с определенным уровнем зарплаты. При этом одним испытуемым сообщалось, что коллеги этого человека согласились на такую же работу с чуть меньшей зарплатой, а другим – что им предложили чуть больше. После этого испытуемые должны были оценить, насколько будет удовлетворен выпускник данной вакансией и насколько честно поступила с ним компания. Несправедливость, от которой испытуемые получают выгоду, воспринимается как меньшая, нежели та, от которой они страдают.

Работники, считающие оплату своего труда справедливой, получают большее удовлетворение и от работы, и от жизни, чаще испытывают позитивные эмоции и обладают лучшим здоровьем. Справедлива ли зарплата – этот вопрос решается не сопоставлением доходов и потребностей, а сравнением своего вознаграждения с зарплатой ближайших коллег. Этот же эффект действует при сопоставлении цен. Ощущение нечестности в случае, если другому покупателю удалось купить товар подешевле, будет сильнее, чем в случае, если кто-то купил этот товар дороже.

Справедливость общественная

Ощущение справедливости крайне важно и при решении вопроса о том, как распределять общественные блага и обязанности. Благ, за которые не надо платить, всегда мало, поэтому, например, вопрос, кто может получить бесплатную медпомощь (и какого качества), всегда конфликтный и связан с представлениями о справедливом устройстве общества. Это касается и распределения налогового бремени.

Принципиален вопрос справедливости и для управления городами. Французские урбанисты предложили респондентам ответить на вопрос, как следует распределять дефицитные блага – места на стоянке для личных автомобилей и места в скоростном поезде Париж – Лион. Опрошенным предлагались гипотетические ситуации, в которых эти услуги стали дефицитными в результате какого-то события (снегопад, затянувшийся ремонт паркинга) либо являются таковыми постоянно (спрос систематически превышает предложение). В каждой ситуации респондентам предлагалось оценить различные способы сбалансировать спрос и предложение.

Результат очень интересен. Повышение цен в период пикового спроса сочли приемлемым способом решения проблемы всего 7–10% респондентов – в зависимости от типа предлагавшейся им ситуации. Наиболее справедливым французы сочли вариант, при котором цена все же поднимается, но те, кто добровольно согласился отказаться от услуги в момент повышенного спроса, в дальнейшем будут вознаграждены и получат компенсацию (80–95% в зависимости от того, шла ли речь о паркинге или скоростном поезде), а также «моральное правило», то есть предоставление услуги в первую очередь людям с ограниченной мобильностью – беременным, старикам, инвалидам (70–96% в зависимости от ситуации).

Идея справедливости очень важна и для модели общественного устройства. Нередко считается, что чем ниже в обществе уровень неравенства – тем лучше. Но это не так: людям не нравится не неравенство как таковое, а экономическая несправедливость. Экономисты различают «хорошее» (обусловленное способностями и усилиями) и «плохое» (несправедливое, вызванное барьерами и дискриминацией) неравенство. Первое мотивирует людей к творчеству и достижениям, без него невозможен рост экономики. Второе, вызванное не зависящими от человека факторами, демотивирует людей, показывает им, что общество несправедливо, в нем нельзя ничего добиться своими усилиями, а положение людей предопределено обстоятельствами их рождения. Несправедливому равенству (уравниловке) люди предпочитают справедливое неравенство. Мало кто хочет жить в обществе, где его таланты и усилия не будут вознаграждены по достоинству.