Конфликт на Украине внес хаос в поставки на мировой рынок ключевых сельскохозяйственных культур и удобрений. Это может вылиться в продовольственный кризис, который будет ощутим во всем мире.
22 марта 2022   |   Власта Демьяненко Эконс

Геополитический конфликт усугубил начавшиеся во время пандемии перебои с экспортными поставками сельхозпродукции. Россия и Украина – одни из основных мировых производителей и экспортеров ключевых сельхозкультур: по данным Продовольственной и сельскохозяйственной организации Объединенных Наций (Food and Agriculture Organization, FAO), на обе страны суммарно приходится более 50% глобального производства подсолнечника, более 20% производства ячменя, 14% производства пшеницы, 6% – рапса, 4% – маиса (кукурузы).

Черноморский регион называют «хлебной корзиной Европы»: совместно Россия и Украина обеспечивают почти 30% поставок пшеницы на мировой рынок и почти 30% поставок ячменя. В 2021 г. Россия была основным глобальным экспортером пшеницы и меслина, обеспечивая 18% всех поставок на мировые рынки. Украина занимала по экспорту пшеницы пятое место в мире с долей 10% и была первой по объемам экспорта подсолнечника, второй – по экспорту ячменя и третьей – по экспорту кукурузы.



Индекс цен на продовольствие FAO, который неуклонно рос с 2020 г., в феврале 2022 г. достиг исторического максимума, превысив 140 пунктов – на 20% выше, чем годом ранее. Цена на пшеницу на Чикагской бирже, по данным на 22 марта, была в 1,6 раза выше, чем годом ранее. Цены на пивоваренный ячмень в Западной Европе в 1,5 раза выше прошлогоднего уровня. Цены на маис только за первую неделю марта выросли на 44% в годовом выражении, а на рапсовое и подсолнечное масло (которое также торгуется на исторических максимумах) – на 65% и 63%, подсчитала FAO. Ситуацию усугубляет рост цен на энергоносители, влияющий на стоимость производства и логистики: за год цены на нефть и газ выросли почти вдвое.



Геополитический конфликт окажет дальнейшее давление на цены на сельхозпродукцию, в первую очередь на пшеницу, прогнозирует FAO. Если, например, подсолнечное масло при перебоях с его поставками можно заменить другими растительными маслами, то замены пшенице, которая является основным продовольственным продуктом более чем для 35% населения мира, нет.

Первые последствия

FAO ожидает, что в этом году на Украине пострадает около 30% посевных площадей – они или не будут засеяны, или с них не будет собран урожай. «В июне зерновые будут готовы к уборке. Однако неясно, будет ли у украинских фермеров возможность собрать урожай и поставить его на рынок. Массовые перемещения населения привели к сокращению трудовых ресурсов – сельскому хозяйству недостает рабочих рук. Выйти на работу в поле, скорее всего, будет сложно. Ограничения могут также затронуть животноводство и птицеводство, производство овощей и фруктов», – предупреждает гендиректор FAO Цюй Дунъюй.

По оценкам аналитического центра «СовЭкон», на украинские регионы, на которые российская военная операция влияет напрямую, приходится около 40% всего производства кукурузы и пшеницы в стране. На днях украинские власти заявили, что весенний сев пройдет во всех регионах, которые не затронуты спецоперацией, – на западе страны и в центральных и южных областях. По оценкам «СовЭкон», урожай пшеницы на Украине сократится в 2022 г. на 19% к уровню прошлого года, а урожай кукурузы – на 34%: прогноз основан на предположении, что соглашение между Россией и Украиной о прекращении огня будет достигнуто в течение ближайших недель и в апреле большинство фермеров смогут продолжить работу. Помимо сокращения посевных площадей, на урожайность и посевную кампанию существенное влияние оказывает нехватка топлива, рабочей силы, удобрений, перечисляет «СовЭкон».

В марте Украина запретила экспорт пшеницы, ячменя, ржи и проса, а Россия ограничила экспорт пшеницы и меслина, ржи, ячменя и кукурузы в страны Евразийского экономического союза (в который, помимо России, входят Армения, Беларусь, Казахстан и Киргизия). Обе страны объяснили это необходимостью защиты своих внутренних продовольственных рынков.

В России производство основных сельхозкультур может сохраниться на прежнем уровне, а экспорт – снизиться на 4–7 млн тонн в текущем сельхозгоду в сравнении с предыдущим, следует из первых прогнозов. Так, FAO полагает, что российская военная спецоперация на Украине может не повлиять на урожай в России, а российский Минсельхоз обещает урожай зерновых в текущем году даже чуть выше уровня предыдущего – 123 млн тонн против 121,3 млн тонн. Правда, из-за резкого снижения курса рубля у российских агрохолдингов возникли проблемы с импортом средств защиты растений (СЗР), нехватка которых чревата снижением урожая. Примерно треть СЗР агросектор закупает за границей: в марте поставщики отказались продавать их по прежним ценам даже по заранее оплаченным контрактам.

Российские фермеры также серьезно зависят от импорта семян. Из-за сбоев в логистических цепочках семена стали менее доступны уже во время пандемии, и еще до начала российской военной спецоперации на Украине участники рынка называли это одним из главных рисков для отрасли.

Доля импортных семян в России достигает по кукурузе 58%, по подсолнечнику – 73%, по сахарной свекле – 98%; импортируются почти 90% семян картофеля, около 70% – рапса, от 30% до 90% семян плодово-ягодных культур; и лишь семена пшеницы почти на 100% отечественные. В целом доля используемых в селекции отечественных семян сельхозкультур составляет 63%, сообщал Минсельхоз по итогам 2019 г., тогда как Доктрина продовольственной безопасности требует 75%.

Что касается российского экспорта, если в конце февраля, после начала военной спецоперации, экспортные поставки зерна из России через морские порты были на паузе, то сейчас они возобновились, а в последнюю неделю резко увеличились, рассказал «Эконс» директор центра «СовЭкон» Андрей Сизов. Хотя в Азовском море навигация возобновилась не полностью, российские черноморские порты работают: «Вначале мы ждали, что экспорт пшеницы по итогам марта составит 1–1,2 млн тонн, сейчас, я думаю, может быть около 2 млн тонн. Импортеры компенсируют объемы, не полученные в феврале».

Минсельхоз США 9 марта понизил прогноз российского экспорта пшеницы на 2021/2022 сельхозгод на 3 млн тонн, или на 8,5%. «СовЭкон» ожидает, что экспорт пшеницы из России снизится примерно на 11%.

Регионы наибольшего риска

Основное направление российского и украинского экспорта пшеницы – африканские и азиатские страны. Многие из стран с высокой зависимостью от этих поставок относятся, по классификации ООН, к группе государств с низкими доходами и продовольственным дефицитом, а некоторые – к группе наименее развитых стран. Среди них, например, Эритрея, которая в 2021 г. получала 53% всей потребляемой пшеницы из России, а остальные 47% – с Украины, и Мадагаскар – 50% его потребности в пшенице обеспечивал импорт из России, а еще 25% – с Украины.


Рост цен на продукты питания, сбои в цепочках поставок, задержки с доставкой сильнее всего бьют по наиболее бедным и «сеют по всему миру семена политической нестабильности и беспорядков», указал на прошлой неделе Генеральный секретарь ООН Антониу Гутерриш, призвав сделать все возможное, чтобы предотвратить «ураган голода и коллапс глобальной продовольственной системы».

По данным ООН, 45 африканских и наименее развитых стран импортируют не менее трети потребляемой ими пшеницы из России или Украины, в том числе 18 стран – не менее половины; кроме того, только Украина обеспечивает более половины поставок пшеницы Всемирной продовольственной программы – крупнейшей гуманитарной организации по борьбе с голодом.

Число людей, находящихся вне продовольственной безопасности, только за последние 3 месяца 2021 г. выросло на 1 млн человек до 16 млн – конфликт на Украине ухудшит эту мрачную динамику, признает Всемирный банк. По подсчетам FAO, в 2020 г. пандемия коронавируса уже привела к росту доли голодающих людей в мире почти до каждого десятого с 8,4% годом ранее. Число людей, испытывающих проблемы с доступом к продовольствию, по данным FAO, могло достичь в 2020 г. 811 млн. В ближайший год из-за конфликта на Украине к ним может прибавиться еще 13 млн, прогнозирует FAO.

По расчетам FAO, в ближайший 2022/2023 сельскохозяйственный год число голодающих в африканских странах южнее Сахары, на Ближнем Востоке и в Северной Африке может увеличиться на 1–2%, в Азиатско-Тихоокеанском регионе – на 0,9–1,4%, а в латиноамериканских странах, которые не являются импортерами для России и Украины, но ощутят кризис через рост цен, – на 0,6–1,1%.

Об угрозе продовольственной безопасности предупреждает и МВФ, а страны «Большой семерки» в начале марта провели чрезвычайную встречу министров сельского хозяйства, на которой пообещали «сделать все необходимое», чтобы избежать продовольственного кризиса и подготовиться к реагированию на потенциальные перебои с поставками.

Для развитых стран последствия происходящего на сельскохозяйственных рынках менее масштабны, чем для бедных стран, но тоже весьма ощутимы: рост цен на важнейшие сельскохозяйственные товары разгоняет и без того достигшую многолетних пиков инфляцию и замедляет экономический рост.

Варианты прогноза

Чтобы спрогнозировать, как геополитический конфликт повлияет на стоимость ключевых сельскохозяйственных товаров, FAO рассматривает два сценария. Первый предполагает «умеренный» шок предложения, в частности снижение суммарных поставок пшеницы Россией и Украиной на 10 млн тонн и такое же сокращение поставок маиса. Общий экспорт двух стран в 2021 г., по расчетам FAO, составил 52,9 млн тонн пшеницы и 28,8 млн тонн маиса. Это порядка 28% всего мирового экспорта пшеницы, 10% из которых приходится на Украину, и около 12% мирового экспорта маиса, порядка 10% из которых также украинские.

Конечно, часть «выпавшего» экспорта рынок заместит альтернативными поставками, отмечает FAO. В текущем году такими рынками для пшеницы могли бы стать страны Евросоюза и, возможно, Канада и США, однако запасы зерна у США и Канады после плохого урожая в прошлом году сократились, а в этом году США грозит засуха. На помощь могла бы прийти и Аргентина, рассуждают аналитики FAO. Но страна борется с инфляцией и не сможет экспортировать большие объемы, в то время как другой потенциальный поставщик – Австралия – вряд ли подходит на эту роль из-за другой проблемы: ее логистические возможности на пределе. В итоге альтернативным поставщикам удастся заместить только около 2 млн тонн, или 20% сокращения экспорта пшеницы, и около 30% сокращения экспорта маиса. При таком развитии событий цены на пшеницу вырастут в 2022/2023 г. по отношению к сегодняшним уровням почти на 9%, на маис – примерно на 8%, подсчитала FAO.

«Суровый» сценарий FAO базируется на предположении, что Россия и Украина сократят в 2022–2023 гг. поставки пшеницы и маиса в 2,5 раза сильнее, на 25 млн тонн (для каждой культуры). При таком сценарии сокращение мировой торговли пшеницей будет вдвое большим, чем при «умеренном», цены на пшеницу взлетят в течение ближайшего года на 21,5%, на маис – на 19,5%.

В этих условиях, чтобы сохранить продовольственную безопасность, некоторые страны, особенно наиболее уязвимые, будут в ближайшее время пытаться нарастить импорт пшеницы, что может оказать дополнительное давление на глобальные поставки, пишет FAO. Среди крупнейших мировых импортеров пшеницы наиболее зависимы от российских и украинских поставок Египет, который закупает в двух странах около 80% всей потребляемой им пшеницы, а также Турция, Бангладеш и Иран, где, по данным FAO, с 2016 г. на поставки из России и с Украины приходилось около 60% всего импорта этой культуры. Около половины импорта пшеницы Россия и Украина обеспечивали также Ливану, Тунису, Йемену, Ливии и Пакистану. Турция уже заявила о планах нарастить импорт пшеницы, Ливан срочно ищет альтернативных конфликтующим странам поставщиков, власти Египта и Ливии заявили о диверсификации источников поставок пшеницы и будут использовать в 2022 г. стратегические запасы.

От шока предложения на рынке кукурузы больше всех пострадают главные импортеры украинского маиса – Китай и страны ЕС, а также Турция и Египет – их импорт зависит от Украины на треть. Импортеры могут попытаться заместить часть импорта в Аргентине, Бразилии и США. Но здесь та же проблема, что и с пшеницей: в лучшем случае альтернативные поставщики могли бы восполнить объемы поставок пшеницы и маиса, которые до сих пор давали Россия и Украина, только примерно наполовину, причем не сразу, а лишь к 2026/2027 г., оценивает FAO.

Рост цен на зерновые влияет на другие продовольственные рынки, и прежде всего на цены на птицу и свинину, которые зависят от стоимости кормовых культур, в качестве которых, в частности, используются кукуруза и подсолнечник. Сокращение Россией и Украиной экспорта этих товаров приведет к долгосрочному повышению цен на продукцию животноводства. Так, в зависимости от того, насколько масштабным будет сокращение экспорта, продукция животноводства в 2026/2027 г. будет на 3–10% дороже, чем была бы, если бы не обострившийся геополитический конфликт, подсчитала FAO.

Урожай под угрозой

Хаос на рынках ставит под угрозу не только экспорт сельхозпродукции, но и собственный урожай тех стран, которые закупают в России и на Украине удобрения: после начала российской военной спецоперации Украина ввела запрет на их экспорт, а российский Минпромторг порекомендовал производителям удобрений прекратить поставки за рубеж.

Зависимость мирового рынка от импорта удобрений из России и с Украины ниже, чем от импорта пшеницы из этих двух стран, но тоже довольно высока. По подсчетам FAO, в мире 25 стран, которые на 30% и более полагаются на экспорт удобрений из России или с Украины.


Украина выступает крупным экспортером только для Бенина, обеспечивая более 10% его импорта удобрений, а еще удовлетворяет от 1% до 6% потребностей в импорте удобрений нескольких европейских стран, включая Венгрию и Италию. Россия же – крупнейший поставщик на мировые рынки азотных удобрений и второй по величине экспортер калийных и фосфорных удобрений. По данным FAO, от российских поставок более чем на 50% зависят 10 стран, включая Беларусь, Сербию и Молдавию, Казахстан, Азербайджан и Монголию. Основным импортером удобрений Россия выступает и для входящих в Евросоюз Финляндии и Эстонии – доля российских поставок в общем импорте данной продукции у этих стран – почти 80%.

Конфликт на Украине ведет к значительным перебоям на глобальном рынке удобрений, пишет FAO. Это уже нашло отражение в рекордных ценах на этот товар, дорожающий двузначными темпами. Недостаток предложения может ощущаться не только в текущем году, но и в следующем, предупреждает организация, прогнозируя, что в среднем мировые цены на удобрения вырастут в 2022–2023 гг. еще на 13% от сегодняшнего уровня, что сделает агропродукцию еще дороже.

Европейские производители закупали в России примерно четверть всех импортируемых удобрений и ищут им замену. Например, итальянский минсельхоз заявил, что это могут быть поставки из США и Канады. Теперь европейским фермерам придется переключаться на более дорогие удобрения, но это не может произойти моментально, предупреждает европейская фермерская лоббистская организация Copa-Cogeca. Индия тоже договаривается о поставках с Канадой и Израилем.

Шок предложения на рынке удобрений углубляют новые санкции Евросоюза в отношении политического партнера России – Беларуси. В 2021 г. США полностью отказались от закупок продукции «Беларуськалия», одного из крупнейших мировых производителей хлористого калия, а ЕС ограничил его импорт. Признав Беларусь союзником России по спецоперации на Украине, ЕС в марте также запретил ввоз на свою территорию белорусских удобрений. Это еще больше усилило ценовое давление как на рынке самих удобрений, так и в агропромышленном секторе.

Ситуация усугубляется резким ростом цен на газ – основное сырье для азотных удобрений, из-за чего их европейские производители вынуждены сокращать производство. Например, норвежская Yara, одна из крупнейших в мире компаний по производству удобрений, уже снизила объемы выпуска аммиака и карбамида и к концу прошлой недели использовала меньше половины своих производственных мощностей.

В сложившейся ситуации странам, которые существенно зависят от поставок российской и украинской агропродукции и удобрений, следует не только готовить чрезвычайные меры по смене импортеров и распечатывать продовольственные запасы, но и сделать ставку на производство необходимых объемов продовольствия на внутреннем рынке, советует FAO. G7 призывает страны сохранять открытость продовольственных и сельскохозяйственных рынков и не допускать неоправданного ограничения экспорта продукции, чтобы не спровоцировать дополнительный рост цен.

Но в странах, не входящих в «семерку», такие ограничения, направленные на обеспечение собственной продовольственной безопасности, уже широко используются. Крупнейший в мире импортер пшеницы Египет ввел с 11 марта трехмесячный запрет на ее реэкспорт, а также на экспорт муки. Запрет на экспорт пшеницы обсуждает и Пакистан, который, как и Египет, зависит от поставок из России и с Украины; о запрете на вывоз из страны продовольствия объявил Ливан, получающий около 80% потребляемой пшеницы с Украины; экспорт зерна в начале марта запретила Венгрия. В Беларуси продлен введенный в прошлом году запрет на вывоз всех основных видов зерна, включая пшеницу, рожь, ячмень, овес и кукурузу. А крупнейший в мире производитель пальмового масла Индонезия ужесточила ограничения на его экспорт, обязав местные компании продавать на внутренний рынок 30% от объемов, которые они планировали поставить за рубеж.