Распространение коронавируса изменило структуру расходов домохозяйств, а также затруднило службам статистики сбор данных о ценах. Из-за этого официальная инфляция в одних странах оказалась заниженной, а в других – завышенной, показало исследование.
25 июня 2020   |   Ольга Кувшинова Эконс, Ирина Рябова Эконс

Из-за карантина и социального дистанцирования люди значительно сократили траты на одни товары и услуги – например, на транспорт, туризм, общественное питание, занятия спортом – и увеличили на другие, например, на продукты питания, домашние развлечения. Влияние пандемии на потребительское поведение, скорее всего, будет продолжительным, показывает глобальный опрос McKinsey: даже после снятия части ограничительных мер и восстановления экономической деятельности большинство потребителей пессимистично настроены относительно будущего и в условиях сократившихся доходов склонны тратить средства в основном на предметы первой необходимости, экономя на остальном.

Изменение структуры расходов, а также невозможность отслеживать ценовые котировки повсеместно вызвали затруднения с расчетом индекса потребительских цен.

Статистические службы стран строят эти индексы исходя из фиксированной корзины товаров и услуг, которая формируется на основе структуры потребительских расходов. Эта структура пересматривается раз в год, чтобы отслеживать среднесрочные изменения в потребительских предпочтениях. Однако в кризисных ситуациях эти предпочтения могут меняться относительно быстро, снижая информативность оценок инфляции. Текущий же пандемический кризис создал и вовсе беспрецедентную ситуацию: многие торговые точки и предприятия сферы услуг закрылись. Возникла «проблема исчезающих товаров и услуг» – миллионы из них в десятках стран оказались недоступными для потребителей, то есть попросту исчезли из реальной типичной потребительской корзины.

В 11 из 17 стран, в том числе в США, уровень инфляции с учетом влияния коронавируса на потребительскую корзину оказался выше, чем официальный индекс потребительских цен, в остальных шести – ниже, рассчитал Альберто Кавалло из Гарвардской школы бизнеса. Для оценки влияния коронавируса он построил «индекс Covid-инфляции», используя информацию о ежедневных транзакциях по кредитным и дебетовым картам в США, которую отслеживает трекер Opportunity Insights (этот проект был запущен профессором Гарварда Раджем Четти совместно с исследователями из Гарварда и Брауновского университета).

Covid-потребление и Covid-инфляция

Данные о потребительских расходах Кавалло структурировал по группам товаров и услуг по аналогии с Классификатором индивидуального потребления по целям, единым для статистических служб всех стран, на основании которого они формируют веса товаров и услуг в потребительской корзине для расчета индекса потребительских цен. Для Covid-индекса автор построил Covid-корзину, скорректировав веса товаров и услуг в официальной корзине в соответствии с полученной из трекера информацией о том, как менялись расходы на соответствующие категории товаров и услуг в январе – апреле 2020 г. Например, выяснилось, что расходы на продовольствие в США в апреле возросли на 12%, а на одежду – сократились на 41%, на транспорт и отдых – на 70% и 71% соответственно.

Получилось, что Covid-инфляция в США расходилась с официальной практически с начала пандемии. Для сравнения Кавалло использовал официальный индекс потребительской инфляции (Consumer Price Index for All Urban Consumers, CPI-U) без сезонной корректировки (unadjusted), который рассчитывает американское Бюро статистики труда.

Так, в январе официальная и Covid-инфляция находились на одном уровне, в марте официальный индекс снизился, в сравнении с февралем, на 0,22%, а Covid-индекс – на 0,12%, в апреле разрыв увеличился еще больше: официальная инфляция снизилась на 0,69%, а «коронавирусная» – только на 0,09%. Инфляция в годовом сравнении (месяц к тому же месяцу прошлого года) согласно Covid-индексу также оказалась выше, чем показали статданные: так, в апреле официальный индекс показал рост на 0,35%, а Covid-индекс оказался выше втрое – 1,06%.

Аналогичная динамика обнаружилась для базовой инфляции (core CPI), из которой исключены продовольствие и энергия: так, в апреле месячный индекс базовой Covid-инфляции был вдвое выше официального.

Covid-инфляция оказалась выше по нескольким причинам, перечисляет Кавалло. Во-первых, реальный вес ряда категорий товаров и услуг в потребкорзине оказался меньше, чем в официальной, при этом все эти категории испытывают значительную дефляцию. Вес же других товаров, спрос на которые увеличился, напротив, возрос. Например, вес продуктов питания вырос с 7,58% до 11,28%, а вес транспортных расходов (включают в себя как услуги общественного транспорта, так и покупку и эксплуатацию личных транспортных средств, в том числе топливо) сократился более чем вдвое с 15,74% до 6,25%: это привело к увеличению уровня среднемесячной «коронавирусной» инфляции примерно на 0,47%.

Во-вторых, «исчезнувшие» из-за закрытия магазинов товары оказались недоступны для официальной статистики, в таком случае она использует вмененные цены, которые могут быть неточны. Другие товары могли быть недоступны для статнаблюдений из-за дефицита и перебоев с поставками, вызванных паникой, – а дефицитные товары имеют, как правило, более высокие рыночные цены.

В-третьих, торговля и потребительские расходы сместились в онлайн, и если в обычных условиях ритейлеры в большинстве случаев поддерживают одинаковый уровень цен в своих офлайн- и интернет-магазинах, то во время пандемии резко возросло использование онлайн-платформ, где большинство розничных продавцов выставляют более высокие цены, чем в офлайне.

Расчеты для 16 других стран показали, что и там Covid-инфляция не совпадает с официальной. Для этих расчетов Кавалло использовал структуру весов товаров в национальных потребкорзинах и предположил, что под воздействием локдауна она менялась так же, как в США: это в грубом приближении показывает, как изменились расходы в связи с COVID-19.

И месячный, и годовой индексы Covid-инфляции в апреле оказались выше официальных в Аргентине, Бразилии, Канаде, Испании, Турции, Уругвае. В Чили, Франции и Японии официальная статистика зафиксировала в апреле дефляцию в месячном сравнении, в то время как Covid-индекс показал, что вместо снижения был рост. В годовом же сравнении рост индекса Covid-инфляции во Франции оказался в 1,6 раза выше официального (0,87% против 0,53%), а в Японии – почти втрое выше (0,21% против 0,8%). В Корее официальный годовой индекс показал небольшую дефляцию, фактически остановку роста цен (минус 0,02%), а Covid-индекс – рост цен на 0,33%. В Канаде при практически нулевом росте официального годового индекса (0,08%) коронавирусная инфляция выросла на 0,5%.

В Германии, Греции, Ирландии, Италии, Нидерландах и Великобритании, наоборот, официальный индекс потребительских цен, как месячный, так и годовой, в апреле оказался завышен в сравнении с Covid-индексом. Например, в Греции официальный годовой индекс в апреле был почти нулевым (0,02%), а Covid-индекс показал дефляцию (минус 0,26%). В Италии годовой Covid-индекс оказался более чем на треть ниже официальной инфляции.

Это подчеркивает тот факт, что отклонение инфляции из-за воздействия пандемии может произойти в любую сторону, поскольку зависит не только от структуры расходов, но и от динамики цен по каждой из категорий товаров и услуг в стране, пишет Кавалло. Например, в Германии Covid-инфляция оказалась ниже официальной из-за того, что в фактической «коронавирусной» потребкорзине уменьшился вес услуг по организации отдыха и культурных мероприятий – цены на которые в апреле возросли на удивительные 4,23%. В Греции и Италии сократилась доля услуг ресторанов и отелей, на которые статистика также фиксировала рост цен.

Коронавирусная статистика

Национальные статистические службы также используют собственные способы сбора и анализа необходимых данных для мониторинга инфляции. В обычное время примерно две трети ценовых котировок собираются в ходе личных посещений торговых точек: в апреле 2019 г. так было собрано 66% информации для индекса потребительской инфляции, в апреле 2020 г. – 0%, следует из записки Бюро статистики труда США о влиянии COVID-19 на индекс потребительских цен. Доля ненаблюдаемых цен, то есть товаров и услуг, по которым не удалось получить информацию о ценах, возросла до 34% против 14% в апреле 2019 г. Среди собранных ценовых котировок более чем две трети, 68%, были получены онлайн (14% – годом ранее).

Национальная статистическая служба Великобритании в порядке эксперимента также использует цены онлайн-магазинов, Бюро статистики Австралии изучает данные о транзакциях, предоставленных крупными банками. Статистическая служба Чехии провела экспериментальные расчеты индекса потребительских цен, исключив из него значительную часть товаров, полностью или частично недоступных потребителям: разница с официальным индексом составила 0,1 п.п., что с точки зрения методологии считается допустимой погрешностью, отмечает статслужба. А статистическая служба Южной Африки, основываясь на ценах в онлайн-магазинах, создала временный индекс цен на основные потребительские товары, в который вошло 20% товаров и услуг из «обычной» потребкорзины и который публикуется наряду с традиционным официальным индексом потребительских цен.

Среди экономистов, центральных банков, финансовых СМИ растет внимание к проблеме измерения и интерпретации инфляции во время пандемии. Если потребительские цены не могут быть точно измерены, то и реальные потребительские расходы тоже, пишут Уолтер Эрвин Диверт из Университета Британской Колумбии и Кевин Фокс из австралийского Университета Нового Южного Уэльса: «Это создает кризис в политических и бизнес-решениях, в значительной степени полагающихся на такую статистику».

Концептуальные проблемы связаны с тем, что сбор данных для многих товаров и услуг невозможен из-за закрытия предприятий, а также из-за того, что произошли серьезные сдвиги в структуре потребительских расходов, а в дальнейшем могут произойти и сдвиги в уровне цен, отмечала Сильвана Тенрейро, член комитета Банка Англии по денежно-кредитной политике: и хотя происходящие изменения в основном временные, но, пока они сохраняются, возникают трудности с интерпретацией данных по инфляции и разработкой эффективных ответных мер. Эти сдвиги означают, что стандартный индекс потребительских цен, основанный на фиксированной корзине товаров, является менее информативным, считает заместитель председателя Банка Канады Тимоти Лейн: хотя с открытием предприятий многие изменения развернутся вспять, эффекты для разных категорий товаров и услуг могут быть разными, а изменения в моделях потребления могут быть устойчивыми.

Экономисты Стивен Чекетти и Кермит Шонхольц предложили исключить из расчета инфляции все товары, цены на которые изменились существенно выше среднего, таким образом «очистив» данные от воздействия краткосрочной волатильности цен. Диверт и Фокс дают несколько рекомендаций: использовать все возможные источники данных о ценах, в том числе нетрадиционные (интернет, сканеры в магазинах); разработать метод для получения текущей структуры потребительских расходов, что требует либо непрерывного обследования этих расходов, либо использования новых источников данных; скорректировать методологию расчета и создать новый, аналитический индекс потребительских цен на основе экспертных расчетов.

Международные организации, в том числе Евростат, Европейская экономическая комиссия ООН (UNECE), МВФ рекомендуют для получения сведений о ценах максимально использовать все возможные источники, в том числе опросы по телефону и электронной почте, информацию с веб-сайтов, данные магазинных сканеров, цены на аналогичные товары. Если получить нужные данные невозможно, рекомендуется использовать вмененные цены – например, по более широким товарным группам. К примеру, если нужно вычислить цены на яблоки, следует использовать изменение стоимости в категории «Свежие и охлажденные фрукты», куда входят яблоки согласно классификатору, поясняет статистическая служба Великобритании.

Если цены на временно отсутствующий товар или услугу стабильны, допускается использовать метод переноса цен (carrying forward) – последние доступные для анализа цены, сделав некоторую поправку на инфляцию. Однако в руководстве МВФ отмечается, что перенос цен приводит к занижению индекса потребительских цен. На этот же эффект указывают в своей работе Диверт и Фокс. Тем не менее использование переноса цен приемлемо, если этот метод будет применяться в течение ограниченного периода, поясняет UNECE.