Влияние смягчения монетарной политики на доходы граждан можно изобразить буквой U: оно сказывается на всех доходных группах, но в большей степени – на самых бедных, за счет повышения заработка, и на самых богатых, за счет дохода с капитала, показал анализ данных по Швеции.
25 мая 2021   |   Никлас Амберг, Томас Янссон, Матиас Кляйн, Анна Рогантини Пикко

Возросший за последние десятилетия уровень неравенства доходов в большинстве стран с развитой экономикой вызывает опасения по поводу стабильности обществ, становящихся все более неравными. Дискуссии о движущих силах и о последствиях роста неравенства идут и в академическом сообществе (например, о влиянии на неравенство доходов мягкой или нестандартной денежно-кредитной политики), и в сообществе самих центральных банков (например, применительно к политике ЕЦБ и ФРС), причем центробанкиры уделяют повышенное внимание распределительным эффектам мер денежно-кредитной политики.

Однако решения в сфере денежно-кредитной политики влияют на доход граждан и, следовательно, на его распределение неоднозначно, поскольку разные каналы ее трансмиссии действуют в противоположном направлении. Например, если денежно-кредитная политика способна стимулировать экономику и сокращать безработицу, как утверждал бывший глава ЕЦБ Марио Драги, то тогда основными бенефициарами экспансионистских мер монетарной политики будут бедные домохозяйства как наиболее чувствительные к изменениям на рынке труда. Напротив, если влияние денежно-кредитной политики на экономику значительно скромнее, чем на цены активов (например, на фондовом рынке), то тогда монетарная экспансия будет в непропорционально большей степени благоприятствовать более обеспеченным домохозяйствам.

Следовательно, чтобы верно понимать распределительные эффекты денежно-кредитной политики, необходимо оценить не просто ее общее влияние на показатели неравенства, такие как, например, коэффициент Джини, но и на все распределение доходов по доходным группам, а также выявить, каково соответствующее влияние различных каналов в формировании совокупного эффекта.

В своем новом исследовании мы внесли вклад в такое понимание на основе анализа эмпирических данных о влиянии изменений денежно-кредитной политики на доходы на индивидуальном, неагрегированном уровне каждого резидента Швеции старше 16 лет за 1999–2018 гг. Детализированность административных и налоговых данных дает возможность, в отличие от данных, основанных на опросах домохозяйств, отследить эффект для верхнего 1% в распределении доходов. Выборка включает 73,5 млн данных о годовом доходе 6,4 млн граждан. Наши выводы проливают свет как на общие распределительные эффекты денежно-кредитной политики, так и на лежащие в их основе движущие силы.

Труд и капитал

Мы разделили всех людей на основании их среднего предыдущего дохода на 11 доходных групп – на 10 децилей (от 10% самых бедных до 10% самых богатых) и, кроме того, самый верхний дециль поделили еще на два: 90–99% и самый верхний 1%.

Изменения денежно-кредитной политики оказывают статистически значимое влияние на все доходные группы, однако эффект намного значительнее по краям доходного распределения – то есть для самых бедных и для самых богатых.

Так, снижение ставки Риксбанка на 25 базисных пунктов повышает доходы самых бедных (нижнего дециля) на 2,3% и самых богатых (верхнего 1%) на 3,1% на горизонте двух лет, тогда как доход групп со средним доходом – на 0,6%. Для групп с доходами ниже и выше средних этот эффект возрастает. Влияние смягчения денежно-кредитной политики в середине распределения доходов в 4–5 раз меньше, чем по краям, что графически дает ярко выраженный U-образный паттерн воздействия на совокупный доход. Также стоит обратить внимание, что эффект почти втрое больше в самом верхнем 1% распределения доходов в сравнении с остальной частью верхнего дециля; соответственно, существует значительная неоднородность во влиянии монетарной политики на распределение доходов и среди самых обеспеченных 10%.

Затем мы проанализировали влияние на каждый из двух основных компонентов совокупного дохода: трудового дохода и дохода от капитала.

Отклик трудового дохода на смягчение денежно-кредитной политики существенный и статистически значимый в двух нижних децилях, но несущественный и статистически незначимый во всей остальной части доходного распределения. С другой стороны, реакция дохода от капитала статистически значима для всего распределения доходов, за исключением самого нижнего дециля. Но эффект особенно велик для самой верхней части: в верхнем 1% увеличение дохода от капитала примерно в 7 раз больше, чем в средней части распределения доходов.

Таким образом, основные драйверы влияния мер денежно-кредитной политики на совокупный доход для верхней и для нижней части доходного распределения различны: для бедных этот драйвер – трудовой доход, для богатых – доход от капитала.

Причины неравномерного воздействия этих драйверов на разные доходные группы тоже различны. Неоднородность отклика трудового дохода на смягчение денежно-кредитной политики объясняется неоднородностью самого канала трудового дохода – большей чувствительностью к изменению денежно-кредитной политики самых низких заработков в сравнении со всеми остальными. Тогда как неоднородность отклика дохода от капитала обусловлена структурой канала дохода от капитала – то есть тем фактом, что доход от капитала составляет более значимую часть дохода обеспеченных людей в сравнении с людьми со средним и низким доходом. С другой стороны, эффект дохода от капитала практически идентичен для всех доходных групп, за исключением самых бедных и наиболее богатых.

Как влияние смягчения денежно-кредитной политики на совокупный доход сказывается на совокупном неравенстве доходов? Наши вычисления показывают, что результаты неоднозначны. После смягчения денежно-кредитной политики коэффициент Джини меняется незначительно, поскольку эффекты этого смягчения на нижнюю и на верхнюю части доходного распределения компенсируют друг друга. В то же время одни показатели указывают на повышение неравенства (например, рост доли дохода у богатейшего 1% или рост доходов 90-го процентиля в соотношении с доходами 50-го), а другие – на его снижение (например, соотношение доходов 90-го и 10-го процентилей сокращается, так же как соотношение доходов 50-го и 10-го процентилей).

Наши результаты предполагают, что наиболее часто используемые показатели неравенства доходов, в частности коэффициент Джини, не подходят для оценки распределительных эффектов денежно-кредитной политики. Для понимания этих эффектов требуется тщательный анализ воздействия денежно-кредитной политики на все доходные группы, но такой анализ может быть выполнен только на уровне детализированных индивидуальных данных, таких как наша выборка.

Оригинал статьи опубликован на портале VoxEU.org. Адаптированный перевод выполнен редакцией Econs.online.