Монетарная политика: как и зачем центробанк стимулирует людей копить или тратить

28 ноября 2019
Почему процентные ставки не могут всегда быть низкими и кому лучше не давать кредиты – объясняет Алексей Заботкин, директор департамента денежно-кредитной политики Банка России.
«Диалоги по цепочке». Выпуск 12. Габриэль Ди Белла, бывший глава Постоянного представительства МВФ в России, задает вопросы Алексею Заботкину, директору департамента денежно-кредитной политики Банка России.

Ди Белла: Здравствуйте, Алексей. Очень рад вас видеть. Поскольку этот видеопроект [среди прочего] помогает объяснять, что делает центральный банк и каковы ключевые составляющие его работы, я бы хотел попросить вас, учитывая вашу должность, объяснить простыми словами, что такое денежно-кредитная политика, каковы ее цели и какие инструменты есть у центробанка для достижения этих целей.

Заботкин: Очень рад вас видеть. Если мы начинаем с простого, то лучше всего сначала назвать цели денежно-кредитной политики. Чаще всего под целями денежно-кредитной политики понимают обеспечение ценовой стабильности и доверия к национальной валюте. А сама денежно-кредитная политика – это деятельность, посредством которой денежно-кредитный регулятор страны (чаще всего это центральный банк) достигает этой цели. Некоторые центробанки ставят перед собой и другие цели, но Банк России стремится только к обеспечению ценовой стабильности, которая в нашем случае предполагает, что потребительская инфляция должна быть вблизи целевого показателя в среднесрочной перспективе, и этот показатель составляет 4%.

Ди Белла: То есть если инфляция за год составила около 4%, то денежно-кредитная политика Центрального банка эффективна.

Заботкин: Так мы ее и оцениваем. И у Банка России есть один инструмент для достижения этой цели. Это изменение уровня процентных ставок в экономике. А точнее, краткосрочных процентных ставок. Для этого мы проводим различные операционные меры. И для эффективной денежно-кредитной политики критически важен трансмиссионный механизм.

Ди Белла: Понятно.

Заботкин: То есть как изменения краткосрочных процентных ставок, которыми мы управляем, влияют на экономику в целом.

Ди Белла: То есть, проще говоря, процентная ставка – это в некотором роде цена денег, так?

Заботкин: Совершенно верно.

Ди Белла: Отлично.

Заботкин: И цена денег оказывает значительное влияние на поведение экономических агентов…

Ди Белла: Понимаю.

Заботкин: …домохозяйств, фирм и других участников экономической деятельности. А именно: когда процентные ставки высоки или стоимость денег высока, домохозяйства предпочитают больше сберегать и меньше потреблять, а фирмам дороже инвестировать, поэтому их спрос на инвестиции ниже.

Ди Белла: В таком случае инфляция…

Заботкин: Снижается.

Ди Белла: …снижается. Понятно.

Заботкин: И наоборот: когда процентные ставки низкие, у домохозяйств появляется стимул потреблять больше и брать кредиты, а фирмы могут активнее увеличивать свои инвестиции. В этом случае используется больше экономических ресурсов, что ведет к росту цен.

Ди Белла: Тогда почему бы не удерживать процентные ставки на низком уровне всегда, чтобы все потребляли много?

Заботкин: Именно потому, что в какой-то момент это приведет к нарушению принципа ценовой стабильности. Потому что, если процентные ставки очень низкие и приводят к слишком сильному росту потребления, при котором население потребляет больше, чем способна произвести экономика, инфляция вырастет.

Ди Белла: Алексей, мне известно, что до этого вы были успешным экономистом по другую сторону баррикад: вы работали в очень крупном российском банке. Это непростой вопрос, но я все равно его задам. Скажите, работая по другую сторону баррикад, как вы оценивали работу Банка России? Расскажите, в каких сферах Центральный банк всегда был на высоте, по вашему мнению (конечно, говоря о денежно-кредитной политике), и каким сферам, как вам казалось, стоило бы уделить больше внимания.

Заботкин: Прежде всего нужно сказать, что за последние десять лет денежно-кредитная политика Банка России очень изменилась. Из политики, нацеленной на поддержание стабильного обменного курса, она превратилась в политику инфляционного таргетирования, которую мы проводим сейчас. Если посмотреть на 2000-е, то очевидно, что, хотя Центральный банк регулярно заявлял о своем стремлении к низкой инфляции, при фиксированном или квазификсированном обменном курсе эта цель не достигалась. Понятно, что в тот период денежно-кредитная политика не обеспечивала ценовую стабильность. После перехода к плавающему обменному курсу произошла смена парадигмы, и в этой новой парадигме, как мне кажется, эффективность денежно-кредитной политики практически не подвергается сомнению.

Ди Белла: То есть, по вашему мнению, рынок считает, что при инфляционном таргетировании достичь ценовой стабильности проще, а задача Центрального банка кажется участникам рынка более выполнимой.

Заботкин: Именно так. Кроме того, доверие к Центральному банку и уверенность в его стремлении к цели и его способности ее достичь крайне важны для эффективности денежно-кредитной политики. Доверие играет важную роль. Поэтому очень важна и коммуникационная политика.

Ди Белла: Замечательно. Но, думаю, очевидно, что Центральный банк не один в экономике. На рост или снижение цен может влиять множество других факторов. И один из этих факторов – фискальная политика. Мы знаем, что, поскольку Россия – крупный экспортер нефтепродуктов, доходы бюджета меняются в зависимости от цен на нефть. Мы также знаем, что, когда центральные банки переходят к таргетированию инфляции, правительства страны вводят бюджетные правила. Скажите, облегчает ли предсказуемая фискальная политика работу Центрального банка? И как непредсказуемость фискальной политики отразилась бы на проведении денежно-кредитной политики?

Заботкин: Вы совершенно правы. Фискальная политика – очень важный фактор, оказывающий влияние на экономику. Это касается не только таких стран-экспортеров с большими запасами нефти, как наша, но и всех стран, потому что государственный бюджет играет важную роль в экономике большинства современных стран. 100 лет назад все было иначе, но сейчас в большинстве стран мира дела обстоят именно так. И поэтому предсказуемость и стабильность фискальной сферы облегчают проведение денежно-кредитной политики. Для обеспечения большей макроэкономической стабильности и для лучшего проведения денежно-кредитной политики важно, чтобы расходы бюджета не менялись вместе с его доходами. Суть бюджетного правила заключается в стабилизации расходов бюджета вне зависимости от колебаний цен на нефть.

Ди Белла: Понятно. Что ж, перейду к последнему вопросу. Не могли бы вы рассказать вкратце о том, как координируются политика финансовой стабилизации и денежно-кредитная политика? Нужно ли проводить их как единую политику или разделять?

Заботкин: Это очень комплексный вопрос. Думаю, на него нет единственно верного ответа. Это один из ключевых вопросов, который поднимается на дискуссиях, посвященных деятельности центральных банков. Мое мнение заключается в том, что финансовая стабилизация обеспечивается при помощи других инструментов, имеющихся в распоряжении центробанка. Денежно-кредитная политика учитывает, как прогнозы финансовой стабильности и воздействие инструментов, используемых центробанком для снижения рисков финансовой стабильности, отражаются в макроэкономическом прогнозе центробанка, а именно в инфляционном прогнозе. А затем, если с учетом всех этих вводных возникает необходимость изменения денежно-кредитной политики, ее могут изменить. В остальных случаях риски финансовой стабильности лучше снижать при помощи других инструментов.

Ди Белла: Например, если мы наблюдаем рост потребительского кредитования, что вызывает опасения ряда экспертов, это будет проблема финансовой стабильности, так? То есть вы говорите, что с такими рисками нужно бороться не изменениями процентной ставки, но при помощи других инструментов. Каких, например?

Заботкин: Именно так. Все верно. Потребительское кредитование – это хороший пример, потому что в процентных ставках по потребительским кредитам доля премии за кредитный риск выше. Изменения ключевой ставки не окажут значительного влияния на ставки по таким кредитам. С прошлого года Центральный банк постепенно увеличивает весовые коэффициенты риска, применяемые для расчета ставок по потребительским кредитам. Не буду вдаваться в детали, но они влияют на объем капитала, необходимый банку для выдачи этих кредитов.

Ди Белла: То есть по сути банкам становится сложнее выдавать новые потребительские кредиты.

Заботкин: Дороже. Им становится дороже выдавать потребительские кредиты. Сейчас проблема потребительского кредитования касается не столько даже финансовой стабильности. Рынок кредитования домохозяйств еще далек от перегрева. Мы сдерживаем его рост, чтобы предотвратить перегрев.

Ди Белла: Понимаю.

Заботкин: Но важно то, что распределение потребительских кредитов среди населения неравномерно. То есть наша реальная цель – сдержать рост закредитованности тех, кто уже взял много кредитов.

Ди Белла: Тех, кто уже много задолжал, да. Отлично. Алексей, рад был вас послушать. Теперь вам нужно сказать, с кем вы будете беседовать в следующий раз.

Заботкин: Габриэль, огромное вам спасибо за очень интересный разговор. Думаю, в следующем выпуске я буду беседовать с Рубеном Ениколоповым, ректором Российской экономической школы.

Ди Белла: Замечательно. Большое спасибо.