Даже разовый экономический стимул дает долгосрочный эффект, показал 10-летний эксперимент в Индии. Получение «производственных активов» – коров и коз – позволило бедным семьям со временем не только вырваться из экстремальной бедности, но и обеспечить себе устойчивый рост доходов.
14 января 2022   |   Власта Демьяненко Эконс

«Одно из базовых предположений экономической теории заключается в том, что деньги делают человека ленивее, потому что люди любят расслабляться и дополнительный доход позволяет им делать это чаще. Но подумайте, много ли ленивых людей среди богатых вы знаете?» – поинтересовался профессор MIT Абхиджит Банерджи в декабре 2019 г. у слушателей его нобелевской лекции в Стокгольмском университете – такие лекции лауреаты Нобелевской премии традиционно проводят после вручения им награды. В 2019 г. ее получили Банерджи, Эстер Дюфло – также профессор MIT – и профессор Гарварда Майкл Кремер, ставшие пионерами применения рандомизированных контролируемых экспериментов (randomized controlled trial, RCT, см. врез) в экономике. Их исследования позволили выявить наиболее эффективные механизмы помощи людям в странах с низкими доходами и стали шагом к изменению экономики развития в целом.

Исследования экономистов в Гондурасе, Марокко, на Филиппинах, в Мексике, Индонезии, Никарагуа показали, с одной стороны, что финансовая помощь бедным не ведет к тому, что они «становятся ленивее», – получившие трансферт продолжают работать, и часто даже больше, чем люди в контрольных группах, то есть не получившие финансовой помощи. С другой стороны, исследования свидетельствуют, что далеко не всегда проблемы бедности решаются за счет раздачи денег: она может помочь поддержать потребление или поддержать людей в сложных обстоятельствах, но неспособна решить структурные проблемы, которые способствуют бедности. Наблюдения Банерджи, Дюфло и Кремера вывели на новый уровень дискуссию о причинах нищеты и позволили доказать существование так называемой «ловушки бедности», то есть показать, что причина бедности – не отсутствие мотивации, а следствие слишком ограниченных начальных возможностей, а также условий, не позволяющих человеку «перепрыгнуть» эти ограничения. 

Есть способ «вытолкнуть» человека из «ловушки бедности» – предоставить ему «не рыбу, а удочку», то есть не деньги, а активы, позволяющие заработать, показали эксперименты Банерджи и Дюфло, проведенные в 2007–2014 гг. в шести странах среди почти 10500 домохозяйств. В 2015 г. будущие нобелевские лауреаты и их соавторы, участвовавшие в этой работе, подвели ее первые итоги, доказав, что такой стимул ведет к статистически значимому увеличению потребления и дохода домохозяйств как минимум на протяжении первого года.

Однако для выводов о выходе из «ловушки бедности» такого срока недостаточно, и наблюдения за ходом одного из экспериментов, который проводился в Индии, продолжались гораздо дольше – 10 лет. В декабре 2021 г. эти итоги были опубликованы в одном из самых авторитетных научных журналов по экономике – American Economic Review.

Коровы, козы и куры против бедности

Эксперимент, который описывают Банерджи и Дюфло вместе со своим соавтором – студенткой MIT Гаримой Шармой, – проходил в 120 деревнях индийского штата Западная Бенгалия. Он показал, что положительный эффект трансферта в виде ценного актива – в основном это были коровы и другой домашний скот – сохраняется даже через 10 лет, значительно увеличивая потребление, доходы, а также работоспособность его получателей и улучшая их здоровье и удовлетворенность жизнью.

По сути, это исследование – дополнительное свидетельство того, что причина бедности – отсутствие ресурсов для улучшения начальных условий и что получение таких ресурсов, или так называемый «большой толчок» (big push), – реальный шанс «выскочить» из «ловушки бедности», подводит итоги исследования университетское издание MIT.

Набор стимулов, которые предоставили участникам индийского эксперимента, впервые стал применяться в начале 2000-х в программе по борьбе со сверхбедностью Targeting the Ultra-Poor (TUP) бангладешской негосударственной гуманитарной организацией BRAC. Помимо медицинской помощи и консультаций по улучшению качества жизни, включая финансовое поведение и сбережения, TUP предусматривает предоставление участникам программы не денег, а ценного актива, который обеспечит своему владельцу долгосрочную прибыль. Кроме этого, получателям дается другой актив – менее ценный, но генерирующий постоянный поток дохода. Самый распространенный пример – дарение коровы и полудесятка кур, что позволяет домохозяйству сразу продавать яйца и таким образом удовлетворить текущие потребности до того, как продажа молока от коровы начнет приносить постоянный доход.

В индийском эксперименте, описанном Банерджи, Дюфло и Шармой, участвовало 266 отобранных случайным образом бедных домохозяйств, которые могли сами выбрать актив (корову, коз или различное оборудование для производства, не связанного с сельским хозяйством), и 82% предпочли получить домашний скот. Кроме того, участникам эксперимента предоставили начальные деньги на содержание и корм домашних животных, а также открыли сберегательный счет: участники программы прошли специальный тренинг, который должен был помочь получить доход от предоставленного актива, и начать сберегать деньги.

Через 1,5, 3, 7 и 10 лет после начала эксперимента исследователи проводили опросы его участников и людей из контрольной группы (домохозяйств с аналогичными начальными характеристиками, которые отказались от участия в программе) и сравнивали целый ряд показателей, включая динамику их доходов, потребления, обеспеченности продовольствием и состояние здоровья. Сопоставив результаты, исследователи обнаружили, что положительный эффект усиливался на протяжении первых 7 лет и сохранялся между 7-м и 10-м годом эксперимента.

Хотя благосостояние со временем росло у обеих групп – и экспериментальной, и контрольной (в том числе за счет улучшения макроэкономических условий страны за эти 10 лет), а богатыми в итоге не стала ни та ни другая, разрыв между уровнем доходов и потребления у двух групп большую часть времени увеличивался.

Так, расходы на потребление на одного человека с одинаковых для обеих групп в начале эксперимента $1,35 в день (по паритету покупательной способности доллара в 2018 г.) в контрольной группе увеличились через 1,5 года до $1,80, через 3 года до $2,20, через 7 лет до $2,40, через 10 лет – до $2,90; а в экспериментальной группе за те же периоды – до $2, $2,50, $3,10 и $3,53 соответственно. Если придерживаться определения бедности, которое дает Всемирный банк, контрольная группа за 10 лет из состояния экстремальной бедности переместилась в состояние умеренной бедности, а экспериментальная – в категорию выше черты умеренной бедности.

По темпу роста доходов контрольная группа значительно отставала от участников эксперимента: через полтора года ее доходы (в среднем на домохозяйство) были ниже на 18%, через 10 лет – на 36% ($497 против $680 у участников эксперимента, в долларах 2018 г. по паритету покупательной способности). Кроме того, участники эксперимента быстро наращивали производственные и хозяйственные активы: через 7 лет разрыв с контрольной группой по этому показателю был в 4 раза выше, чем через первые 1,5 года после начала эксперимента.

Семьи, участвовавшие в программе, лучше питались и гораздо позитивнее оценивали состояние своего здоровья и удовлетворенность жизнью: к концу эксперимента индексы, составляемые исследователями на основе этих оценок, у экспериментальной группы были соответственно на 20% и на 25% выше, чем у тех, кто в эксперименте не участвовал. Исследование показало, что владельцы активов и работали больше, занимаясь производственной деятельностью в течение десяти экспериментальных лет в среднем на полчаса-час в день больше, чем контрольная группа.

Стартовая фора

Целый ряд теоретических экономических работ, опубликованных еще до 10-летнего индийского эксперимента, включая одну из работ самого Банерджи, объясняют сложности, которые возникают при попытке выбраться из нищеты, тем, что бедным домохозяйствам очень трудно достичь определенного уровня капиталовложений, необходимых для увеличения производительности, и что это связано или с невозможностью накопить достаточно средств, или с неготовностью идти на риск. Предоставление такого начального капитала в рамках той или иной программы поддержки позволяет преодолеть этот порог. В результате доход домохозяйства увеличивается, что делает возможными новые вложения в бизнес. «Если у человека становится чуть-чуть больше богатства сегодня, это позволяет ему увеличить свое богатство завтра», – объяснял Банерджи в нобелевской лекции.

У этого эффекта есть и другое объяснение – психологическое: увеличение благосостояния вселяет в людей оптимизм, мотивируя прилагать больше усилий, а также принимать более взвешенные решения. С этой точки зрения «большой толчок» выводит домохозяйства на новый способ производства. Однако эксперимент показал, что есть и еще одна причина. На первом этапе (через 1,5 года после начала эксперимента) его участники становятся богаче просто потому, что получили ценный актив, приносящий доход. Но это стимулирует их наращивать активы: через 3 года, помимо владения начальным активом в виде коровы или коз, они, как правило, ведут новый бизнес, уже не связанный с сельским хозяйством. Через 7 лет доход от предпринимательства, не связанного с фермерством, в экспериментальной группе был вдвое выше, чем в контрольной группе. Таким образом, одним из каналов, за счет которого достигается постоянство увеличения дохода, становится диверсификация деятельности домохозяйства.

Также у многих домохозяйств, получивших «большой толчок», серьезно увеличиваются и зарплаты от работы по найму, что, вероятно, связано с переездом членов таких семей из деревень в города. Миграция требует дополнительных накоплений, и, похоже, программы вливания начального капитала помогают накопить деньги на переезд.

Стоимость подобной программы поддержки в сравнении с доходом домохозяйств относительно высока – более $2000 в ценах 2018 г. (по паритету покупательной способности). Однако за первые 10 лет ее экономический эффект, измеренный как превышение роста потребления участников в сравнении с общенациональным показателем, превзошел затраты почти вчетверо, подсчитали авторы исследования, не исключив, что эффект еще не исчерпан. «Если людям, у которых никогда раньше не было возможности изменить свою жизнь, эту возможность предоставить, они хватаются за нее обеими руками», – резюмирует Банерджи. Большим переменам, происходящим в жизни экспериментальной группы, он и его соавторы находят и дополнительное, нематериальное объяснение: за счет полученной стартовой поддержки такие люди становятся более уверены в себе.