Следует ли центральным банкам брать на себя более широкий круг задач, выходящий за рамки обеспечения ценовой и финансовой стабильности, – на эту тему размышляет в своей книге один из известнейших экономистов мира Рагурам Раджан.
  |   Эконс

«Возможно, я негибок и неисправим, а возможно, в данном случае я стою на стороне ангелов». Так объясняет свою настойчивость в отстаивании идеи консерватизма денежно-кредитной политики Рагурам Раджан, бывший глава Резервного банка Индии, бывший главный экономист МВФ и один из влиятельнейших экономистов современности.

Обоснованию этой идеи посвящена книга Раджана «Денежно-кредитная политика и ее непреднамеренные последствия», перевод на русский язык которой вышел в Издательстве Института Гайдара. В основу книги легли несколько публичных лекций, прочитанных автором с 2013 по 2021 г., и его статьи разных лет.

Раджана трудно упрекнуть в непоследовательности: и в эпоху, когда мировая экономика отходила от потрясений глобального финансового кризиса, и почти десятилетие спустя, в годы коронакризиса и после него, автор выступал с призывом к центральным банкам вернуться к более консервативному и «скучному» подходу и отказаться от предположения, что у них есть рецепты по решению всех проблем в экономике. В чем же причина «негибкости и неисправимости» Раджана – и о каких «непреднамеренных последствиях» речь?

В попытках оживить экономику после глобального кризиса центробанки развитых стран стали применять инструменты нетрадиционной денежно-кредитной политики – в том числе, например, количественное смягчение (QE, масштабный выкуп активов у частного сектора). Эти стимулирующие меры действительно помогли рынкам восстановиться, предотвратив «Великую депрессию – 2».

Но, уверен Раджан, эта победа чрезмерно расширила представления о допустимых пределах возможностей центральных банков. Усилились общественные ожидания и призывы к тому, чтобы центральные банки в большей степени поддерживали самые разные рынки, а иногда и самих участников рынка. А также занимались проблемами неравенства, энергоперехода, инклюзивности, долгосрочного экономического роста – проблемами, которые не решаются инструментами денежно-кредитной политики. Порой центробанки, сосредоточившись на своей новой роли главных спасателей, пренебрегали последствиями своих действий для финансовой стабильности – которую как раз призваны защищать.

На протяжении книги Раджан вновь и вновь возвращается к парадоксу: чем больше делал центральный банк, тем большего от него ожидали и тем больше он делал.

Этот парадокс ярко проявился и в годы пандемии, когда, описывает Раджан, ФРС не только задействовала весь инструментарий, созданный во время глобального финансового кризиса, но и дополнила его новыми мерами. Постпандемический скачок инфляции, вызванный во многом огромными бюджетными вливаниями, центробанкам пришлось встречать в экономиках, отвыкших от высоких процентных ставок, и в условиях растущего популизма. Возникли серьезные риски как фискального доминирования – когда денежно-кредитная политика фактически подчиняется бюджетной и центробанк утрачивает функцию защиты финансовой стабильности (например, вынужден снижать ставки, несмотря на всплеск инфляции, – чтобы сократить расходы бюджета на обслуживание госдолга); так и риски финансового доминирования – когда денежно-кредитная политика реагирует на ожидания и состояние финансовых рынков, а не на динамику инфляции. В возникновении таких рисков есть вина самих центробанков, критикует Раджан: их собственные прошлые действия сузили им пространство для маневра и создали новые уязвимости.

В названии последней главы – «Меньше значит больше» – содержится краткая характеристика оптимального, по представлению Раджана, мандата центральных банков: «Если мы хотим вернуться к устойчивому, справедливому и долгосрочному росту, нам необходимо переосмыслить политику центральных банков». Их мандат, уверен автор, не должен включать ни борьбу с изменением климата и неравенством, ни поддержку экономического роста – все эти задачи лучше оставить правительствам, «как и должно быть». А центральным банкам следует делать свою работу – контролировать инфляцию, опираясь на стандартные инструменты, прежде всего процентные ставки.

Если что и требует расширения мандата центральных банков, так это обеспечение финансовой стабильности, считает Раджан, – для предотвращения «пузырей» и чрезмерной закредитованности частного сектора.

«Более сфокусированные и менее интервенционистские центральные банки, вероятно, обеспечили бы лучшие результаты, чем тот мир высокой инфляции, высокого плеча и низкого роста, в котором мы оказались сегодня. В действительности для центральных банков меньше может означать больше», – заключает Раджан.