Монетарная политика

ИИ меняет экономику – и привычные связи между инфляцией и экономическим ростом. Это размывает различие между циклическими колебаниями, требующими стабилизации, и не требующими этого структурными сдвигами, побуждая центробанки перестраивать подходы к монетарной политике.

Центробанки попали в новую реальность: шоки предложения стали нормой, а доверие к низкой инфляции подорвано скачком цен. Участники дискуссии РЭШ обсудили, почему даже устойчивая экономика может пострадать от «структурного ущерба» и для чего монетарной политике «каменный дом».

Когда фискальная и монетарная политики движутся синхронно в одном направлении – смягчаются или ужесточаются, – это часто считается правильным. Однако иногда, наоборот, движение в разных направлениях позволяет избежать ошибок и поддержать устойчивость экономики.

Гипотеза рациональных ожиданий долгие годы была золотым стандартом макроэкономики: считалось, что люди трезво оценивают будущее. Но реальность демонстрирует, что люди зачастую придают чрезмерное значение краткосрочным трендам, и это может напрямую влиять на политику центробанка.

Денежно-кредитная политика стран в последние годы все сильнее зависит от внешних потрясений. С начала 2020-х половина изменений процентных ставок в развитых экономиках вызвана глобальными шоками – это более чем вдвое больше, чем в конце ХХ века.

Россияне судят об инфляции не по товарам-маркерам, а по «среднему чеку», а «хорошую экономику» описывают как самодостаточную страну-фабрику. Это влияет на восприятие ключевой ставки – как инструмента поддержки производства, а не управления спросом.

Личные убеждения центробанкиров, сформированные жизненным опытом, влияют на монетарную политику: пережившие высокую инфляцию в юности с большей вероятностью становятся непреклонными борцами с ней, показало исследование биографий более 5000 центробанкиров более 200 стран.

Репутация центрального банка имеет реальную экономическую ценность, подсчитали исследователи. Когда общество уверено в приверженности центробанка ценовой стабильности, стабилизировать инфляцию удается менее жесткими мерами. Слабое доверие требует более «дорогих» решений.

Инфляция определяется не только макроэкономическими факторами, но и «микропричинами» на уровне отдельных крупных фирм и товарных категорий. В развитых странах в 2021–2022 гг. влиянием таких «микрошоков» обусловлено более половины всплеска инфляции, показало исследование.

Хотя прозрачность чрезвычайно важна для центробанка, чрезмерная или нескоординированная коммуникация может дезориентировать рынки. Исследователи попытались установить оптимальный уровень коммуникации для ФРС: это все коллегиальные заявления, речи председателя и его заместителя.

Степень жесткости денежно-кредитной политики для устойчивого снижения инфляции зависит не только от темпов инфляции, но и от условий, которые привели к их росту. Есть три причины, которые могут потребовать сохранять значительную жесткость даже при замедлении инфляции.

Прямое общение экспертов центрального банка с широкой публикой помогает закрепить инфляционные ожидания. Это происходит за счет повышения не только понимания денежно-кредитной политики, но и доверия к монетарному регулятору, показал эксперимент ЕЦБ.

Во всем мире все больше людей получают новости из соцсетей. Для регуляторов это возможность получения обратной связи в реальном времени. Как это может работать, мы показали в нашем исследовании: построили индекс, отражающий, как телеграм-каналы воспринимают решения Банка России.

Уязвимость экономики к изменениям климата не определяется географией: последствия экстремальных температурных скачков могут передаваться от страны к стране через товарные рынки, вызывая всплески инфляции.

«Зеленая» денежно-кредитная политика способна снижать выбросы парниковых газов, но ценой ухудшения устойчивости банков, пришли к выводу исследователи. Это ставит центробанки перед дилеммой: активное содействие зеленому переходу или поддержание финансовой стабильности.

Цена снижения инфляции в развитых странах вслед за ее скачком после пандемии ограничилась исторически минимальными потерями производства. Это можно было бы счесть триумфом центральных банков, если бы не 40-летний рекорд роста уровня цен в период борьбы с инфляцией.

Хотя рынок недвижимости – это отдельная отрасль, он обладает свойством так называемой «макрокритичности». Это означает, что последствия изменений на этом рынке выходят за его пределы и могут оказывать влияние на макроэкономическую стабильность в целом.

Влияние изменений возрастной структуры населения на инфляцию остается дискуссионным: одни исследования обнаруживают дефляционный эффект старения, другие – проинфляционный. Наша работа на данных регионов России показала, что влияние населения старшего возраста – проинфляционное.

В отличие от других стран, в России инфляционные ожидания не реагируют на данные о низкой инфляции предыдущих лет, показал эксперимент. В таких условиях важно добиться продолжительно и устойчиво низкой инфляции, доказав достижимость ценовой стабильности.

В новостях об инфляции СМИ транслируют множество разных объяснений и ее причин, и ее последствий. Но люди даже одинаковые объяснения трактуют по-разному, показывает 100-летняя история нарративов об инфляции в США.

Несмотря на общие принципы таргетирования инфляции, в развивающихся странах оно отличается намного большей, чем в развитых, жесткостью реакции центробанков на отклонение инфляции от цели. Причина – в исторически высокой инфляции, память о которой сохраняет влияние долгие годы.

Зачем центробанку телеграм-канал, в чем особенность российского экономического инфополя, как управлять инфляционными ожиданиями и помогает ли искусственный интеллект Банку России писать пресс-релизы: итоги дискуссии о коммуникациях центробанка в Российской экономической школе.

Глобальный рынок «зеленого сырья» – металлов и минералов для технологий энергоперехода – уже к 2030 г. может утроиться и стать сопоставимым по размеру с рынком природного газа. А значит, сможет влиять на общую инфляцию так же, как влияет традиционное энергосырье.

Инфляционные ожидания выступают важным экономическим фактором и социальным индикатором. Как они формируются и как изменяются, на что влияют и что влияет на них, обсудили участники конференции Банка России.

За 35 лет существования таргетирование инфляции распространилось по миру и позволило многим странам добиться ценовой стабильности. Но этому монетарному режиму придется подстраиваться под новые экономические условия, считает Клаудио Борио из Банка международных расчетов.

Потребители в странах с высокой инфляцией меньше доверяют официальным источникам информации и чаще полагаются на личные наблюдения, показало исследование по 47 странам. Эти наблюдения, будучи нерепрезентативными, приводят к завышению инфляционных ожиданий.

Инфляция остается глобальной проблемой, и коммуникации центральных банков критически важны для сдерживания инфляционных ожиданий. Но имеет ли значение, какое средство коммуникации использовать? Наше исследование показало, что да: аудио и видео эффективнее фото и текста.

У центральных банков есть система заявлений о будущем направлении денежно-кредитной политики – forward guidance. Она способствует уменьшению неопределенности в экономике, снижению волатильности рынков и помогает экономическим агентам заранее адаптироваться к ожидаемым изменениям.

Экономисты в последние десятилетия создали несколько индексов прозрачности центральных банков. Однако все они ориентированы на профессиональную аудиторию. Мы построили новый индекс, учитывающий усилия регуляторов по коммуникации с широкой публикой.

Монетарная политика требует гибкости решений и сочетания различных мер, чем похожа на искусство ведения сражений, описанное в знаменитом трактате Сунь-цзы. Чему центробанки могли бы поучиться у китайского стратега, жившего 2500 лет назад, рассказала профессор MIT Кристин Форбс.

Глобальный всплеск инфляции после пандемии, охвативший и развитые, и развивающиеся экономики, словно обошел Азию стороной. Одна из главных причин – медленное восстановление азиатских экономик из-за долгих и повторяющихся локдаунов.

Многие участники рынка, аналитики и политики полагают, что после завершения текущего монетарного цикла глобальные процентные ставки останутся существенно более высокими, чем до пандемии. Но есть два аргумента в пользу обратного – возврата к эпохе низких ставок.

Фаза ужесточения монетарной политики после пандемии разительно отличалась от тренда последних десятилетий. Главная причина этого – резкое увеличение роли глобальных факторов и в ускорении инфляции, и в решениях центробанков. Эта доминирующая роль сохранит свое влияние в будущем.

Экономические модели позволяют во многом автоматизировать решение однотипных проблем, чем похожи на стандартные медицинские рецепты. Но, в отличие от структуры человеческого организма, экономические системы постоянно усложняются, и моделям приходится «догонять» реальность.

Для укрепления доверия общества центральным банкам недостаточно принимать компетентные решения и быть прозрачными в коммуникациях – важно также строить диалог с широкой публикой на уровне общих ценностей, пришли к выводу исследователи из Бундесбанка и Банка Канады.

Представления об инфляции могут зависеть от политических взглядов. В США во время всплеска инфляции после пандемии инфляционные ожидания республиканцев оказались менее заякоренными, чем у демократов, что усилило рост цен, показало исследование.

Мировая экономика справилась со всплеском инфляции последних лет лучше, чем многие прогнозировали, но сохраняющиеся риски могут помешать «мягкой посадке», предупреждает Банк международных расчетов.

Процентные ставки в новом, фрагментированном мире, похоже, надолго останутся высокими. Монетарная политика будет жестче, рост экономики – ниже, а инфляция – выше, пришли к выводу эксперты Финансового конгресса Банка России.

В предстоящие десятилетия чувствительность управления госдолгом к решениям в сфере монетарной политики будет возрастать. В результате мировым центральным банкам придется повышать ставки быстро, а снижать – медленно, что контрастирует с подходом последних десятилетий.

Представления людей об инфляции субъективны, зависят от личных потребительских предпочтений, жизненного опыта и отличаются большим разбросом. Центробанки, стремящиеся координировать инфляционные ожидания, могут делать это только одним способом: доступной коммуникацией.

Факторы, которые способствовали снижению глобальной инфляции последние четыре десятилетия, теперь разворачиваются вспять: в ближайшие десятилетия их влияние будет подталкивать инфляцию вверх, пришли к выводу американские исследователи.

Сообщения центробанков могут влиять на ожидания инвесторов по поводу цен на активы и тем самым способствовать финансовой стабильности, снижая риски перегрева рынков. В сообщениях для инвесторов регуляторам оптимально быть именно консервативными, показало исследование.

Исследователи коммуникации все чаще используют искусственный интеллект, но продвинутые методы не приблизили к ответу на главный вопрос – как повысить доверие к решениям центральных банков. Главная битва в методах – впереди: между искусственным интеллектом и эмоциональным.

Всплеск инфляции 2021–2022 гг. после нескольких лет опасений, что она слишком низкая, стал для центробанков проверкой как на их приверженность стабильности цен, так и на эффективность их инструментов. Главный урок – в важности симметричной реакции на низкую и высокую инфляцию.

Инфляционные ожидания людей, переживших резкий рост инфляции, могут оставаться повышенными многие годы. Но эти «шрамы инфляции» поддаются «лечению» – память о высокой инфляции можно перефокусировать на воспоминания о ее снижении.

Негативное влияние инфляции на издержки компаний сильнее сказывается на «зеленых» фирмах в сравнении с «коричневыми». Это означает, что зеленый переход может подрывать сам себя, показало исследование экономистов из Франции.

Политическое давление на центробанк, оказываемое для снижения им ставок ради поддержки экономики, не ускоряет ее рост, но надолго повышает инфляцию. Причина – в кардинальном различии эффекта экономически оправданных и неоправданных решений, показал анализ американских данных.

Глобальная инфляция замедляется, и центробанки готовятся ослаблять политику. Однако остается еще «последняя миля», которая может оказаться самой трудной: в сценарии возвращения инфляции к целевым уровням, а экономики – к потенциалу роста остаются риски, предупреждает глава BIS.

Масштаб экономики Китая обязывает учитывать изменения в ней в прогнозах практически для любой страны мира. При этом анализ денежно-кредитной политики Китая остается непростым делом из-за ее особенностей – в том числе сочетания классических и административных инструментов.

Монетарная политика влияет на субъективную оценку людьми своего благополучия: повышение ключевой ставки воспринимается как сокращение доходов, даже если этого не происходит, показало исследование.

Инфляционные ожидания людей часто основаны на динамике цен отдельных товаров и услуг – товаров-маркеров. Для россиян такими маркерами оказались товары длительного пользования – автомобили, одежда, а также бензин, содержание жилья и проезд в общественном транспорте.

Монетарная политика ФРС влияет на цены сырьевых товаров. Они, в свою очередь, оказываются ключевым каналом влияния монетарной политики США на инфляцию в других странах, показало исследование.

В ответ на смягчение монетарной политики, призванное поддержать потребление, одни люди увеличивают расходы, но другие – нет. Эта реакция определяется целым рядом характеристик людей, в том числе возрастом, уровнем образования и наличием ипотеки, показало исследование.

Борьба с инфляцией может стать долгой: высокая инфляция чаще всего устойчива, показал анализ МВФ более 100 инфляционных эпизодов за последние 50 лет. Лишь чуть более чем в половине случаев инфляцию удалось снизить за пять лет – и только тем, кто не торопился «праздновать победу».

Всплески инфляции, произошедшие даже в далеком прошлом, могут влиять на инфляционные ожидания в настоящем. Люди из тех районов Германии, где во время гиперинфляции 1920-х гг. цены росли наиболее быстро, и сегодня, век спустя, ожидают более высокой инфляции.

ChatGPT называют революционным средством повышения производительности, в том числе аналитической работы. А способен ли он готовить сложную аналитику для советов директоров центральных банков? Эксперты Банка Италии решили это проверить (спойлер: пока не способен).

Утечки информации из центральных банков способны мгновенно влиять на финансовые рынки. Анализ утечек из Евросистемы показал, что такая информация ослабляет влияние официальных сообщений. Но в то же время активная коммуникация регулятора смягчает негативные эффекты утечек.

Конференц-коллы компаний могут пригодиться для макроэкономического прогнозирования, показали экономисты Банка Канады. На основе анализа стенограмм таких звонков они разработали индикатор, который очень точно предсказывает динамику инфляции и улучшает прогнозы стандартных моделей.

При высокой инфляции люди следят за ней внимательно, при низкой – не тратят на это особенных усилий. Это напрямую влияет на возможности центральных банков использовать коммуникации для управления ожиданиями: по мере роста инфляции реакция на информацию о ней слабеет.

Инфляционный эпизод, наблюдавшийся во всех развитых странах c 2021 г., не завершен. И хотя действие проинфляционных факторов почти исчерпало себя, риски утраты инфляционного якоря и попадания в ловушку стагфляции все еще остаются.

Можно предположить, что центробанки стали так много общаться из-за повышения открытости властей или развития новых медиа. Но это совершенно не так. Открытость стала ответом на беспрецедентные шоки. И помогла противостоять им, когда традиционные инструменты оказались бессильны.

Текущий период всплеска глобальной инфляции уникален для мировой экономики тем, что сочетается с высоким риском финансовой дестабилизации. С каждой из этих проблем по отдельности справиться непросто, а их комбинация выглядит устрашающе, пишет BIS.

Чем точнее фирмы и потребители понимают политику центрального банка, тем ближе их инфляционные ожидания к целевому ориентиру. Однако прозрачность политики может оказаться чрезмерной – и тогда ее польза оборачивается вредом.

Расхождения в инфляционных ожиданиях ведут к нерациональному распределению ресурсов в экономике, показало исследование. Возрастая в период высокой инфляции, эти расхождения значительно снижают совокупную производительность.